Определение действительной цели сделки с участием должника при установлении ее оспоримости в рамках банкротства

Введение.Актуальность научного исследования вопросов, связанных с установлением действительной цели совершаемых с участием должника сделок, направленных на причинение вреди имущественным правам кредиторов в рамках реализации процедур банкротства определяется многими факторами: и развитием законодательства о банкротстве, устанавливающего специфические основания признания гражданско-правовых сделок недействительными, и постоянно растущей практикой их реализации, и необходимостью создания нормативных основ защиты имущественных прав кредиторов от недобросовестных действий должника, а также самих кредиторов, совершающих с должником сделки с предпочтением. Одним из таких актуальных для Г еВ 2024 53 исследования вопросов является определение действительной цели сделки. совершаемой должником в период подозрительности.

В рамках процедур банкротства зачастую возникает необходимость защиты прав кредиторов посредством установления оспоримости совершенных должником сделок в период, предшествующий признанию судом законности требований лица (лиц), обратившихся в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Одним из способов защиты интересов кредиторов является предоставление арбитражному управляющему права оспаривания тех сделок, которые совершались должником непосредственно перед признанием его несостоятельным не с признанной законом целью вступления с контрагентами в гражданско-правовые отношения путем совершения сделок в понимании таковыми юридически значимых действий в соответствии с нормами ст. 153 ГК РФ, а с целью уменьшения активов организации или иными неправомерными целями. Следует при этом отметить, что само понимание сделки и оснований признания ее недействительной устанавливаются законодателем несколько шире, нежели это отражено в нормах ст. 153 ГК РФ и в ряде статей, объединенных законодателем в § 2 Главы 9 ГК РФ. Так, в ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» [1] (далее – Закон о банкротстве), устанавливается возможность оспаривания сделки, совершенной должником, по признаку ее подозрительности, причем в соответствии с нормой п.1 ст. 61.2 Закона о банкротстве критериями оспоримости по признаку подозрительности законодатель называет совершение сделки должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, а также неравноценность встречного исполнения обязательств другой стороной сделки. На значимость указанного обстоятельства обращают многие отечественные исследователи: В.А. Лаптев [2, с. 44-45], О.А. Ряполова, поднимающая проблему определения действительной воли сторон при оспаривании сделок, совершенных должником [6, с. 83]. В том же случае, если должником совершается мнимая сделка, ряд отечественный исследователей считают, что установление действительной цели сделки не имеет смысла, что приводит к необходимости установления только мнимости как основной юридической характеристики сделки [7, с. 219 - 220]. Кроме того, рядом отечественных авторов рассматривается также проблема применения принципа добросовестности при определении действительной цели совершаемых должником сделок в период подозрительности [4, c. 34].

В целом, анализируя нормативный материал, отраженный в ст. 61.2 Закона о банкротстве, можно сделать вывод, что в процессе реализации процедур банкротства по инициативе арбитражного управляющего может быть признана недействительной любая сделка должника, если при наличии квалифицирующих признаков подозрительности сделки устанавливается также и истинная цель совершения сделки должником – причинение вреда имущественным правам кредитора в виде уменьшения совокупный прав должника (и, как следствие, возможного объема конкурсной массы), либо в форме увеличения объема обязательств должника, кратно уменьшающих права лиц, имеющих действительные требования к должнику [3, с. 81].

Аналогично установлению действительной цели совершения должником при ее оспаривании в судебном порядке в рамках банкротства, имеет значение для признания недействительной сделки, совершенной с предпочтением по основаниям и в порядке, установленных нормами ст. 61.3 Закона о банкротстве, а установление действительной цели совершения должником сделки также связывается с реализацией принципа добросовестности, поскольку установление факта недобросовестного поведения должника свидетельствует и о совершении сделки с предпочтением как недействительной сделки, совершенной с целью нарушения имущественных прав кредиторов [5, с. 100-103].

Заключение.

Определение действительной цели совершения сделки должником в период подозрительности может рассматриваться таким же квалифицирующим признаком оспоримости сделки, как и те признаки, которые нашли отражение в нормах п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а установление действительной цели сделки в период подозрительности только придаст силу судебному акту, на основании которого может состо- яться возврат утраченного имущества и иных объектов гражданских прав, принадлежавших должнику до момента признания его таковым на основании заявления о признании должника несостоятельным (банкротом). Несмотря на то, что указание законодателем требования по установлению действительной цели совершения должником только в отношении тех сделок, которые совершаются им с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов в период, предшествующий подаче и рассмотрению заявления о признании лица несостоятельным (банкротом) в соответствии с требованиями п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, установление действительной цели совершенных должником сделок имеет значение и при применении годового периода подозрительности, и Г еВ ко24 54 расширенного периода, поскольку требование признать сделку недействительной по основанию причинения вреда имущественным правам кредиторов может устанавливаться и в случае применения норм п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, и в случае применения норм п. 2 ст. 61.2 означенного Федерального закона.

Определяющее значение для признания сделки должника недействительной как совершенной с предпочтением имеет установление действительность ее совершения должником с одним из кредиторов в период подозрительности, поскольку установление данного факта является основанием для признания ее недействительной, поскольку тем самым нарушается гражданско-правовой принцип добросовестности.